Массовое изъятие частной собственности в России уже измеряется триллионами рублей. Государство возвращает ряд компаний в свой баланс, но дальнейшая приватизация проходит с трудом: на многие национализированные активы не находится покупателей.
Масштабы национализации в России
По подсчетам юридических компаний и экспертных оценок, с 2022 года у частных владельцев были изъяты активы общей стоимостью порядка 6,5 триллиона рублей. Темп изъятий ускорился: если в 2024 году стоимость затронутых активов оценивалась в сотни миллиардов рублей, то в 2025‑м — уже в триллионы.
По данным правоохранительных органов, в 2025 году в собственность государства перешло имущество на сумму более 4 триллионов рублей, включая стратегические предприятия с общей капитализацией около 2 триллионов. По отчетам ведомств, в доход государства поступило порядка 800 компаний.
Пять моделей национализации
Юристы выделяют несколько отработанных схем, по которым происходят изъятия.
- Изымание в счет долга перед государством — фискальные претензии, штрафы, компенсации за ущерб (включая экологические).
- Признание имущества незаконно нажитым в результате антикоррупционных расследований.
- Конфискация стратегических активов в связи с иностранным гражданством владельца или наличием вида на жительство.
- Обвинения в экстремистской деятельности или финансировании запрещённых организаций.
- Оспаривание результатов прежних приватизаций и возврат активов государству.
Как государство распоряжается национализированной собственностью
Официально власти заявляют о намерении вновь приватизировать большинство изъятых активов, не удерживая их в государственном управлении. Тем не менее доходы бюджета от таких продаж остаются скромными: в 2025 году они составили около 84 млрд рублей, на 2026‑й в Минфине рассчитывают получить не менее 100 млрд.
Часть активов действительно продают, но по существенно меньшим ценам, чем рассчитывали власти. При этом многие объекты передаются в управление или продаются вне открытых торгов.
Как проходят аукционы по продаже национализированных активов
Частые примеры неудачных торгов: аукционы признаются несостоявшимися из‑за отсутствия участников, или активы уходят по ценам, значительно ниже первоначальных ожиданий. Так, одна из крупных золотодобывающих компаний не нашла покупателей после нескольких попыток, и планируется проведение голландского аукциона с понижением цены вплоть до 50% от начальной.
Другие неудачные кейсы включают лизинговую компанию, коммерческий портфель недвижимости и региональные сельскохозяйственные предприятия: на них либо не появляется спрос, либо продажи проходят с заметной дисконтом.
Почему национализированные компании не продаются
У низкого спроса есть как общие, так и специфические причины. Во‑первых, российский бизнес резко сократил инвестиции: рентабельность падает, кредиты дороги и недоступны для многих покупателей. Объем сделок на рынке слияний и поглощений достиг минимальных значений за два десятилетия.
Даже в более благоприятных условиях ряд покупателей обходил бы такие активы стороной из‑за репутационных, юридических и политических рисков, тогда как государство нередко выставляет их по рыночной цене.
Кроме того, для потенциальных инвесторов важна предсказуемость правил: сделки с национализированными активами часто несут повышенный правовой и репутационный риск, что отпугивает серьезных покупателей.
Передача активов «правильным» владельцам
Помимо публичных торгов, значительная часть изъятых предприятий уходит под контроль государственных компаний или бизнес‑структур, близких к власти, — иногда без проведения открытых конкурсов и по ценам ниже рынка. В результате целые отраслевые блоки оказывается в руках новых владельцев, усиленно накапливающих рынок.
Эксперты отмечают, что фискальные мотивы присутствуют, но часто не являются главными: важна именно перераспределительная логика — закрепление активов за хозяевами, которые считаются «правильными» с точки зрения властей.
